Подземный храм или Дворец Саркофагов или Кантаталита – представляет собой прямоугольный котлован глубиной 2 метра, длиной 12 и шириной 9 метров. Пол выстлан галькой. Прочные вертикальные стены выложены из тесаных каменных блоков различного размера, чередующихся со столбами-стеллами. Элементы кладки плотно пригнаны друг к другу, раствор не использовался. Все стены храма покрыты трехмерными скульптурными изображениями человеческих голов.

Там находится несколько очень точно вырезанных камней, опять-таки с идеально выбранными внутренними кромками. Один из камней (серый гранит) — является совершенно поразительным образцом резьбы. Передняя плоскость камня покрыта причудливой резьбой, и на ней видны отверстия для штырей. Что касается задней плоскости камня, то трудно найти подходящие определения, чтобы описать необычайно совершенную симметрию ее рисунка. Идеально ровные грани камня, а на нем рельефные узоры с выпуклостями, выступающими одновременно вниз и внутрь. Попробуйте-ка изобразить такое при помощи каменных орудий!

Этот храм настолько сильно разрушен, что археологи даже не берутся за реконструкцию, оставив блоки в том положении, в каком они и были.

Пирамида Акапана – это искусственно насыпанный холм 210х210 метров у основания, высотой 17 м. Иногда говорят, что он имеет вид усеченной пирамиды, но в действительности этот курган — неправильной формы, у него семь террас, а наверху — большая впадина.
Тут ударными темпами идут «реставрационные» работы.

Наверху разнообразные громадные блоки с высочайшим качеством обработки. Блоки довольно хаотично разбросаны вокруг того, что археологи считают «бассейном» или «озером» на вершине Акапаны, а на деле представляет из себя громадную воронку.

Окаймляющая кладка имеет поразительную особенность: нижние слои подверглись гораздо более сильной эрозии, чем слои верхнего яруса. Это указывает на строительство в несколько этапов и весьма значительный период между ними. Однако не исключен (и гораздо более вероятен, если судить по ряду вторичных признаков) вариант, что второй этап – древняя и/или современная реставрация.

Холм Пума-Пунку окаймляет каменная кладка, придающая ему форму объемной буквы Т. Любопытная деталь: два верхних уровня кладки образованы монолитами, которым зачем-то придана форма двух ступенек, а затем на нижнюю из этих двух ступенек уложены дополнительные блоки. Цель такой дополнительной работы абсолютно не ясна.

На одной из сторон холма блоки конструкции, ранее располагавшейся наверху, оставлены археологами «in-situ», т.е. в том положении, в каком они были найдены. Если предположить, что в других местах археологи были столь же пунктуальны, то разрушение верхней конструкции имело ярко выраженное направление с юга на север.
С учетом того, что между сохранившейся кладкой окаймления и блоками верхней конструкции располагает значительный слой земли, сюда вполне подошла бы версия разрушения мощным потоком (скажем, во время потопных событий). Но она не согласуется с характером разрушения центральной платформы.
Если же рассматривать взрывной характер разрушений, то расположение блоков на северной стороне холма указывает на неоднократность взрывов: сначала кладку окаймления накрывает слоем земли (например, первая ракета не попала в цель), а лишь затем последующим взрывом была разрушена верхняя конструкция.

Мудрые хранители знания сиддхи говорят, что настоящая женщина сочетает в себе семь совершенств.
Она для мужчины – преданная служанка, заботливая сестра, страстная любовница,
мудрый советник, защищающая мать, преданный друг и Богиня, указывающая цель.
Только когда все эти семь качеств присутствуют в ней, женщина может быть названа Женой.
Каждый мужчина мечтает найти настоящую Жену, а не просто женщину, но находит редко. Почему?
Потому что, чтобы иметь настоящую Жену, а не женщину, мужчина в свою очередь должен быть настоящим Мужем.
Что бы быть настоящим Мужем, мужчина должен сочетать в себе пять совершенств:
он должен быть перед своей женщиной прилежным учеником, отважным воином,
неутомимым любовником, мудрым царем, и Богом воплощающим цель в реальность.
Поэтому, непрочность брачных уз, и непостоянство человеческих привязанностей порождено именно недостатком совершенств, как в мужчинах, так и в женщинах.
Люди домысливают друг в друге недостающие совершенства, создавая для себя иллюзию. Но иллюзия не вечна. Когда-нибудь, она рассеивается.

Версия, что это был порт, когда сюда доходило озеро Титикака, абсолютно не выдерживает критики и не согласуется с реальными фактами. Это – все что угодно, но только не порт. И если бы сюда дошла вода, то объект представлял бы собой просто небольшой островок, окруженный этой водой со всех сторон…
Центральное место образуют мощные блоки (весь самого крупного из них оценивается в 400 тонн) красного гранита, уложенные в качестве фундамента какой-то древней конструкции. Примерно в середине этого фундамента зияет брешь: один из блоков, несмотря на свой вес, то ли разрушен, то ли ушел почти весь под землю – видна лишь его небольшая часть, расположенная под значительным углом к горизонтали. С учетом характера расположения деталей (а можно сказать и обломков) конструкции, некогда располагавшейся на этом фундаменте, можно предположить сильный взрыв в этом месте. Версии землетрясения и Потопа тут явно не проходят.

Блоки фундамента явно ранее были скреплены в единую конструкцию стяжками. Причем не только известной и разрекламированной Т-образной формы.

Следы стяжек попадаются в Пума-Пунку в изобилии. И самой разнообразной формы.

Ворота, ранее стоявшие на этой платформе, также дополнительно закреплялись – видны отверстия в их основании.

Детали конструкции, расположенные ныне вокруг платформы, поражают своим разнообразием форм и высочайшим качеством исполнения в камне самых твердых пород. Даже на тех блоках, которые подверглись сильной эрозии.

Многие блоки производят впечатление гигантского детского конструктора – так и хочется попытаться их вставить друг в друга. Впечатление усиливается тем, что «разрезы» уходят вглубь не под прямым углом, а с небольшим расширением, а небольшие ниши в этих разрезах как будто специально предназначенны для окончательной фиксации вставляемого туда элемента.

Макросъемка дает возможность убедиться не только в высочайшем качестве исполнения плоскостей, внутренних и внешних углов, но и в том, что это – не застывший бетон, а результат механической обработки природных материалов.

Есть следы довольно небрежного сверления.

Но есть и более качественные. Вертикальная «бороздка» – практически бесспорно, след от фрезы или пилы.

С учетом характера «бороздок» на блоке, это – след именно от дисковой фрезы. А расположение углублений, просверленные во всех трех направлениях вызывают ассоциации с дрелью, входящей в пенопласт или дерево, но никак не в гранит. Цель создания этих углублений абсолютно не понятна. Мы условно назвали их отверстиями для крепления анти-москитной сетки (первая подвернувшаяся под руку ассоциация).

Продолжение следует…

Несколько раз натыкалась на фотографии каких-то штуковин сложенных в округлую форму. И вот нашла таки, что это такое.
Это не что иное как могильные башни индейцев Аймара.
Сотни таких башен и хульп стоят на берегах Титикаки и Умайа. Недалеко от столицы империи Аймара. Эти индейцы жили в окрестностях города Тиауанако и позже вошли в состав империи Инков. Некоторые могильные башни имели высоту до 10 метров, другие имели такую ширину. Башни имели округлую или угловатую форму.
Хульпы, по мнению Инков, должны были служить жилищем для умерших. Башни такие сооружались только для знатных и важных граждан империи. Тела умерших мумифицировали, из них удалялись все внутренние органы, тела с удаленными органами сушили над огнем и наполняли смолой. Часто тело приводилось в положение сидя на корточках и плотно обматывалось бечевками. В завершение этой процедуры тело одевали и разукрашивали.
Во время погребения убивали и сжигали от 10 до 20 лам. Часто за умершими должны были следовать члены семьи: жены, дети и слуги(жалко, ну а что делать!), чтобы и в потустороннем мире они могли служить им. Этих людей либо убивали, либо замуровывали вместе с мумией в башню. Кроме того, вместе с умершим в башню клали сокровища, украшения и драгоценные предметы.
Вот такие склепы…

Проблема в том, что люди не умеют радоваться жизни. И, как одна из составляющих радости, люди не умеют заниматься сексом. Даже расширим – люди не умеют вступать в межличностные отношения, находиться в них и наслаждаться ими. Это вообще очень большая проблема – люди сначала засоряют себе мозги кучей невнятных запретов и правил, потом пытаются жить в полном соответсвии с ними – и чувствуют себя глубоко несчастными.
Например, один из самых горячих в женско-мужских коммунах повод для обсуждения: на каком свидании давать? А правда, на каком свидании давать. Любому гармонично развитому во всех смыслах индивидуу ясно, что вопрос поставлен некорректно – пока в мысли о сексе присутствует термин «давать» – с сексом всё плохо. Если переформулировать вопрос и спросить «на каком свидании стоит заняться сексом?» Казалось бы, гармонично развитым индивидуумам ответ ясен и однозначен: на каком захочется. Казалось бы, на этом история вопроса плавно завершается – но нет, тонны и ленты обсуждений показывают, что всё не так просто. Огромное количнство женщин считает, что есть какое-то кодовое свидание, после которого можно ложиться в постель без опасения попасть в разряд шалав – традиционно это третье или пятое свидание, у особо продвинутых – полтора месяца общения.

Недавно читала шикарный диалог на тему «а вот вы знаете примеры, когда отношения, начавшиеся с секса на первом-втором свидании заканчивались чем-то серьёзным? я вот не знаю» (лично мне сразу же захотелось спросить – а много ли вы знаете отношений, начавшихся с секса на двадцатом и закончившиеся чем-то серьёзным?) И вот тут содержится корень проблем. Куча женщин не способны воспринимать секс как нечто отвлечённое, классное, приятное и самодостаточное. Они готовы разрешить себе хотеть и получать удовольствие только в том случае, если им предоставлены какие-то (пусть и только в их воображении) морально-этические гарантии, что никто «не подумает плохо» про них чудесных и непогрешимых. А ещё лучше – если за этим последует любоф всей жизни и честный брак. Нужно ли говорить, что подобные жизненные взгляды делают огромное количество людей несчастными и неудовлетворёнными?) А так же нагружают совершенно лишним для нормального самочувствия грузом морального самобичевания в случае нарушения собственных принципов. Как-то раз я встретила поазительную девушку, которая рассказывала: «До моего мужа у меня были партнёры, но теперь я об этом жалею – я чувствую себя грязной, если бы их не было – я была бы счастливее.» Вот где финиш-то.
Вот положа руку на что-нибудь – люди, которые счиатют, что секс сам по себе зло и грязь и надобен только как логичный этап в «серьёзных отношениях» – вы искренне так думаете? Откуда у вас взялись такие мысли? В какой момент вашего развития сексуальная сфера оказалась за гранью добра и зла? Попробуйте сами для себя ответить на эти вопросы – вдруг что-нибудь интереное узнаете.

Кто-нибудь имеет что сказать на это?

В тех случаях, когда принесенный в жертву обожествлялся, обряд, в том числе описанное в начале вырывание сердца мог дополняться ритуальным каннибализмом. Если же в подобном случае в жертву приносился пленник, то он должен был отличаться исключительной отвагой и мужеством — считалось, что качества «поедаемого» могли передаваться через его плоть. Участия в ритуале с обеих сторон были достойны только избранные. Из головы умерщвленного пленника вынимались кости черепа, затем ее высушивали, после чего сильно уменьшившуюся голову врага подвешивали к поясу победителя. От пленников оставляли челюсти и берцовые кости, которые покрывали победными надписями с целью «извлечения их во время танцев как трофея в знак победы».

Случаи каннибализма подтверждают и находки в центральных районах Мексики — городах Тлателькомила, Тетельпан и Тлателолко, где подобные пиршества проходили задолго до начала нашей эры. Несколько лет назад мексиканские археологи раскопали посреди горной долины поселение Х века, находившееся неподалеку от церемониального центра. Здесь были обнаружены человеческие кости вперемешку с большим количеством битой керамики, костей животных, угля и пепла. Поврежденные и целые кости были уложены без всякого анатомического порядка. Среди них оказалось мало позвонков, ребер, ступней, и вообще отсутствовали кисти рук, зато сохранилось несколько черепов и челюстей. Антропологи с трудом могли составить представление об общем количестве скелетов. На 90% всех обнаруженных костей присутствовали следы намеренного воздействия: удары, порезы и переломы. Анализ их повреждений показал, что до захоронения тело расчленялось. Сначала срезалась и отделялась мышечная масса, а затем подрезались связки с целью расчленения скелета. Тип переломов, полученный в результате скручивания, свидетельствует, что кости были еще свежими, не сухими. По всей видимости, такие переломы осуществлялись для извлечения костного мозга. Следы на черепах позволили реконструировать картину снятия кожи и волосяного покрова. Кроме того, очевидный характер термического воздействия свидетельствует не о прямом нахождении тела в огне, а, скорее всего, о его варке. Образ индейцев, совершающих ритуальную пляску вокруг костра, вовсе не так нелеп, как может показаться…

Сохранились также описания ритуального каннибализма у индейцев Анд. В них принимали участие представители знати. Достойного избранника своего рода или же пленника благородного происхождения обнаженным привязывали к столбу. Потом «каменными кинжалами и ножами разрезали его на куски, не расчленяя его, а срезая мясо с тех мест, где его больше всего: с икр, бедер, ягодиц и мясистой части рук, орошая себя кровью; мужчины, женщины и дети с большой поспешностью все вместе съедали мясо… глотая его кусками. В результате чего несчастный страдалец видел, как его живого поедали другие, хороня его самого в своих утробах». Какими бы ни были прижизненные заслуги поедаемого, сами по себе они не гарантировали ему вечной памяти. Ему еще предстояло пройти последнее испытание: не выказать во время ритуала своих страданий, лишь тогда его кости помещали в расщелинах, на вершинах гор и в дуплах деревьев, чтобы поклоняться им как святыне. Если же у несчастного «вырывался стон или вздох», то кости его с презрением ломали и выбрасывали.

Возможно старо, но я читала в первый раз.
Не мое, но заслуживает внимания Фрейда.

Мой ребенок сейчас в таком возрасте, что ему надо читать книжки на ночь. И, конечно же, самым читаемым автором является К. И. Чуковский.
Но в детстве я и не подозревал, что воспаленное воображение детского писателя в состоянии придумывать сюжеты и обороты, от которых Стивен Кинг бессильно скрежещет зубами от зависти. Возьмем, например «Краденое солнце»:

«Только раки пучеглазые
По земле во мраке лазают»

Это ж триллер какой-то, чесслово. Лично мне представляются совершенно кошмарные черные блестящие чудовища по три метра длиной, с глазами на шевелящихся стебельках. Бесшумно подкрадываются они во мраке (обратите внимание – не в темноте, а именно во мраке) к ничего не подозревающей жертве, хрясь, и человека пополам!

«Да в овраге за горою
Волки бешеные воют»

Да-да. Именно бешенные. С безумными красными глазами, с белой пеной на оскаленных клыках. Бросающиеся на все живое с кошмарным хохотом…

«А в болоте Медведица рыщет,
Медвежат под корягами ищет:
«Куда вы, куда вы пропали?
Или в канаву упали?
Или шальные собаки
Вас разорвали во мраке?»

Шальные собаки, если кто не понял – это лучшие друзья бешеных волков.
И живут они в том же мраке, в котором лазают кошмарные ракообразные монстры.
Но как можно предполагать о собственном ребенке, что его разорвали собаки?
Или она это с надеждой в голосе говорит?

«Айболит». Апофеоз садизма и ненависти ко всему живому. Еще в детстве у меня вызывала недоумение фраза:

«Мой зайчик, мой мальчик
Попал под трамвай!
Он бежал по дорожке,
И ему перерезало ножки»

Какой трамвай может быть на дорожке?!!! И что теперь, по дорожкам не ходить, раз в любой момент из-за угла может выскочить трамвай-убийца и отрезать обе ноги? У меня в возрасте пяти лет чуть дорожкофобия не развилась…
Но продолжение умиляет:

«И теперь он больной и хромой,
Маленький заинька мой!»

Ага… Хромой… МАМАША!!!! ОН У ТЕБЯ БЕЗНОГИЙ!!!!!!
Дальше – страшнее:

«И сказал Айболит: «Не беда!
Подавай-ка его сюда!
Я пришью ему новые ножки»

Новые ножки, вы слышали? То есть старые где-то похерились, валяются на трамвайных путях, пугают до икоты старушек. А Айболит так запросто из морозилки другие ноги достает и пришивает. Суровой ниткой. Без анестезии. Орущему и брызжущему кровью из перерубленных артерий зайчонку.
А ножки чьи, хочется спросить? Остались от других пациентов, которым повезло меньше? Сколько трупов у тебя на совести, доктор?

«Он опять побежит но дорожке»

Надо полагать, до следующего трамвайчика…

«Что такое? Неужели
Ваши дети заболели?»
«Да-да-да! У них ангина,
Скарлатина, холерина,
Дифтерит, аппендицит,
Малярия и бронхит!»

Как хорошо, что у Корнея Ивановича ограниченные познания в медицине.
А то он бы бедных детей таким назаражал, что их проще было бы убить из жалости. Хотя и этих болезней достаточно, чтобы помереть в 24 часа…
Один аппендицит чего стоит. Вовремя не удалить – перитонит и абзац!

«Бармалей». Всего одна цитата:

«Но злодей Айболита хватает
И в костер Айболита бросает.
И горит, и кричит Айболит:
«Ай, болит! Ай, болит! Ай, болит!»

Жанне Дарк и Джордано Бруно посвящается… Вонь паленых волос, треск лопающейся кожи, шипение кипящего подкожного жира. Кисти рук и стопы ног обычно обгорают до костей. Потеря сознания от болевого шока не наступает достаточно долго. Обычно сжигаемый раньше задыхается в дыму…

Айболит – любимый герой повествований Чуковского. Вот какая апокалиптическая картина творится у дверей его дома:

«А там, у порога, толпятся убогие:
Слепые утята и белки безногие,
Худой лягушонок с больным животом,
Рябой кукушонок с подбитым крылом
И зайцы, волками искусанные»

Слепых утят, видимо, привели безногие белки… Зайцы, волками искусанные:
обломки костей, торчащих из открытых переломов, частично скальпированные тушки, волочащиеся по траве кишки, измазанные в крови и фекалиях…

Есть у этого автора стих, который можно было не писать вообще. Оставить только название. Оно само по себе гениально: «Ежики смеются»
Еще одно название: «Муха в бане». Наверняка опечатка. Должно быть: «Мухахахаха в бане»…

О вреде тяжелых наркотиков говорит нам стихотворение «Обжора»:

«Была у меня сестра,
Сидела она у костра
И большого поймала в костре осетра.
Но был осетер
Хитер
И снова нырнул в костер.»

Я, конечно, осетров из костра не тягал, но вот Черного Человека однажды ночью в квартире видел. Это, я вам доложу, пострашнее будет.

Теперь небольшой тест. Не знаю, чем руководствовался Корней Иванович Чуковский, когда подбирал рифмы, но когда я читаю вслух один участок из стихотворения «Телефон», жена почему-то всегда смеется… Да и мне с трудом удается прочитать правильно. А теперь вы попробуйте подставить правильное слово в пробелы (лучше читать вслух):

«А недавно две газели
Позвонили и запели:
- Неужели
В самом деле
Все сгорели
Карусели?
- Ах, в уме ли вы, газели?
Не сгорели карусели,
И качели уцелели!
Вы б, газели, не __________,
А на будущей неделе
Прискакали бы и сели
На качели-карусели!»

И что получилось? У меня то же самое…

«Тараканище»… Повесть о засилии инсектоидов, которую взяли за основу авторы фильма «Звездный десант». И в первых же строках мы встречаем, угадайте кого? Не угадаете.

«А за ними раки
На хромой собаке»

Интересно, это те же самые раки и собака, которые в «Краденом солнце» являлись пособниками Мирового Зла, ползали во мраке и разрывали медвежат?

«Волки от испуга
Скушали друг друга»

Я в детстве, помнится, мучительно пытался представить себе эту картину.
Помнится, даже схематично изображал кушающих друг друга волков, чтобы понять, как такое возможно. Получалось что-то напоминающее Уроборос. И ведь действие закончено: «Скушали». То есть ничего не осталось. Куда делись скушанные волки?!! Это какой-то микроколлапс пространства произошел и они схопнулись в другую реальность?
Ну ладно, эту загадку оставим физикам. А вот пускай мне психиатры ответят – это что за редкое расстройство – от страха съедать ближайшего, кто к тебе находится? Ведь и

«Бедный крокодил
Жабу проглотил»

Крокодил бедный… ага. А жаба от счастья небось светится, живьем перевариваемая в желудочной кислоте…

«А слониха, вся дрожа,
Так и села на ежа»

Вам слониху жалко? Мне вот было жалко. Ей же больно на ежа было садиться… И только теперь я понимаю, что жалеть надо нифига не слониху… ЕЖИКУ-ТО КАБЗДЕЦ НАСТАЛ!!! Его расплющило нахрен!!! Шесть тонн костей и мяса на животное размером с кошку… Там хоронить нечего было… Жене и детям цветы возложить некуда… Все, что осталось от бедного ежика, пристало к слоновьей заднице и обтрусилось через десять шагов. А вы говорите… И какая дурацкая надпись будет на могильном камне – «Раздавлен дрожащей слоновьей жопой»…
Кстати, эта же слониха в стихотворении стала причиной еще одной смерти.
Столь же нелепой и трагической. И опять же по той причине, что была не в состоянии контролировать собственные эмоции:

«А слониха-щеголиха
Так отплясывает лихо,
Что румяная луна
В небе задрожала
И на бедного слона
Кубарем упала»

Хочется абстрагироваться от того факта, что упавшая на землю луна уничтожит все живое на миллионы лет… Пускай будет только слон…

Возвращаясь к Айболиту. Помните, у меня появилось подозрение, что Айболит содержит нелегальный банк органов. Это подозрение только крепнет после прочтения «Топтыгин и Лиса». Мы даже можем немного узнать, кто явился донором преступному доктору:

«Засмеялся добрый
Доктор Айболит.
Глупому Медведю
Доктор говорит:
«Ладно, ладно, родной, я готов.
У меня сколько хочешь хвостов.
Есть козлиные, есть лошадиные,
Есть ослиные, длинные-длинные.
Я тебе, сирота, услужу:
Хоть четыре хвоста привяжу…»
Начал Мишка хвосты примерять,
Начал Мишка перед зеркалом гулять:
То кошачий, то собачий прикладывает
Да на Лисоньку сбоку поглядывает»

Выводы делайте сами…
В стихах Чуковского нередко появляются злодеи. И какой самый простой способ победить отрицательного персонажа? Воспитанное на голливудских боевиках поколение хором кричит: «Мочить автора!!!» Но задолго до Голливуда этот способ победы Добра над Злом проповедовал К. И. Чуковский.
Причем с уклоном в каннибализм.
Вспоминаем: Бармалей сожран крокодилом. Крокодил, в свою очередь поломан медведем. Старичок-паучок обезглавлен мародером-комаром. Таракан живьем проглочен воробьем.

Вы до сих пор верите, что книги Чуковского учат добру?